Белый «Ангел»


Начало культуры коренится в росте индивидуальности;
ее продолжение в индивидуальном росте суммы личностей,
объединенных рассовыми особенностями.
Андрей Белый

Натура богато одаренная, Белый просто не знает, которой из своих муз ему лишний раз улыбнуться. Кант ревнует его к поэзии. Поэзия к музыке. Тряское шоссе к индийскому символу. Валерий Брюсов хочет поменяться с ним посохами, и сама Зинаида Николаевна Гиппиус разрешила ему тему его четвертой симфонии. Критика и теория творчества (статьи о символизме) идут так – между делом. И любуешся на эту юношески смелую постройку жизни. И страшно порою становится за Андрея Белого. Господи, когда же этот человек думает? и когда он успевает жечь и разбивать свои создания?
И. Анненский

БЕЛЫЙ АНДРЕЙ“АНГЕЛ” (БУГАЕВ БОРИС НИКОЛАЕВИЧ) (1880, Москва - 1934, Москва), поэт, теоретик символизма, происходил из профессорской семьи.

Обратимся к МСЭ, в редакционный совет которой входили: О.Ю.Шмидт, Ф.Ф.Раскольников, Н.М.Лукина-Бухарина, Н.К.Крупская и др.

«Белый испытал сильное влияния Влад. Соловьева, Ницше, Шопенгауэра и др. Творчество Б. насквозь проникнуто религиозной мистикой. В романе «Серебряный голубь» изображены мистические искания интеллигента на фоне народного русского сектантства.
Незнание рабочей и революционной среды и мистическая оценка истории привели к полнейшему искажению эпохи» МСЭ,1930

Белому повезло умереть до начала всесоюзного съезда писателей в августе 1934 года, иначе Великий Инквизитор Горький включил бы его в расстрельные списки. Ему бы припомнили: Ницше, Шопенгауэра, теософов, Христа, мистические искания, индивидуализм, искажение эпохи, незнание рабочей среды и т.д.
Прокурат
* * *

Из всего поколения старших символистов Андрей Белый наименее культурен, — не книжной культурой ученых, чем-то вроде сиамского ордена, который ценится только за то, что его трудно получить и он мало у кого есть, в этой культуре он силен, он и о «марбургском философе» напишет и о «золотом треугольнике Хирама», — а истинной культурой человечества, которая учит уважению и самокритике, входит в плоть и кровь и кладет отпечаток на каждую мысль, каждое движение человека. Как-то не представляется, что он бывал в Лувре, читал Гомера…

Поэт Белый быстро усвоил все тонкости современной стихотворной техники. Так варвар сразу принимает, что не надо есть рыбу ножом, носить зимой цветных воротников и писать сонетов в девятнадцать строк… Но написать правильное стихотворение, с четкими и выпуклыми образами и без шумихи ненужных слов, он не может. В этом он уступает даже третьестепенным поэтам прошлого…

Но в чем же чара Андрея Белого, почему о нем хочется думать и говорить? Потому, что у его творчества есть мотивы, и эти мотивы воистину глубоки и необычны. У него есть враги — время и пространство, есть друзья — вечность, конечная цель. Он конкретизирует эти отвлеченные понятия, противопоставляет им свое личное «я», они для него реальные существа его мира. Соединяя слишком воздушные краски старых поэтов со слишком тяжелыми и резкими современных, он достигает удивительных эффектов, доказывающих, что мир его мечты действительно великолепен:

Атласные, красные розы,
Печальный хрустальный фонтан.

Читатель останется недоволен моей рецензией. Ему непременно захочется узнать, хвалю я или браню Андрея Белого. На этот вопрос я не отвечу. Еще не наступил час итогов.
Н.Гумилев «Андрей Белый. Урна»

* * *
Он был высок и строен; светлые волосы, редкие, но сильно торчащие в стороны, высокий лоб, непостижимо светлые, переменчивые, чуть косые глаза, движения как у прыгуна или танцора, широкие размашистые жесты и порой резко срывающийся “на петуха” голос - все это ошеломило меня. Его аффектированная манера речи придавала ему какой-то нереальный облик. Не увлеченность игрой, а скорее намеренная игра, чтобы поразить других. И детское тщеславие.
Он играл роль, которая называлась “Андрей Белый”.
Иоганнес фон Гюнтер

От той поры Корней Чуковский почтенно пронес на протяжении двадцати пяти лет умело таимую ко мне неприязнь.
А. Белый

Белый был ему (Пастернаку) ближе: человек со странной, необыкновенно сильно развитой интуицией, своего рода юродивый в традициях русской церкви.
Исайя Берлин

1934. Читал “Петербург” Андрея Белого - гадость! безвкусно, юродливо! Безграмотно, по-дамски и, главное, скучно и неитересно.
К. Сомов

- Да, хорошо умереть молодым: вы, Борис Николаевич, умерли бы, пока молоды; еще испишетесь: переживете себя... А теперь, - как раз вовремя!
- Да не хочу я, В. Я., умирать! Дайте мне хоть два годика жизни!
- Ну, ну: поживите себе еще годика два!
из диалога В. Брюсова с А. Белым

Он мечтал стать Гоголем, но его задавили ученые немцы.
А. Ремизов

В заумной глубине своей пустой -
Он в сплине философии английской,
Дивящий якобы цветущим риском,
По существу бесплодный сухостой...
1926, И. Северянин

Сорванный с бытовой оси индивидуалист, Белый хочет заменить собою весь мир; все построить из себя и через себя; открыть в себе самом все заново, - а произведения его... представляют собою неизменно поэтическую или спиритуалистическую возгонку старого быта.
Л. Троцкий

Иногда мне кажется, что Бальмонт, Брюсов, Вячеслав Иванов, Андрей Белый специально построены для каких-то всемирных выставок, и вот-вот приедут их разбирать. По существу, они уже разобраны.
____________________
Андрей Белый, например, - болезненное и отрицательное явление в жизни русского языка только потому, что он нещадно и бесцеремонно гоняет слово, сообразуясь исключительно с темпераментами своего спекулятивного мышления. Захлебываясь в изощренном многословии, он не может пожертвовать ни одним оттенком, ни одним изломом своей капризной мысли и взрывает мосты, по которым ему лень пройти. В результате, после мгновенного фейерверка, куча щебня, унылая картина разрушения....
_______________
Невозможно представить себе такого процесса, такой работы, такого общего усилия, аккомпанементом к которому бы послужила проза Белого...Извлечение пирамид из глубины собственного духа - занятие неудобоваримое, необщественное, это зонд в желудке...
О. Мандельштам

Берлин, 1922. Слушала я и исступленного Андрея Белого....Внешность его служит яркой иллюстрацией к гоголевскому Поприщину. Это типичное “мартобря”. Почти на лысом черепе по бокам торчат седые космы. Глаза детски голубые (бездумные или безумные?). Он доказывал что-то, приседал, потом поднимался, будто винтом ввинчивался в воздух. Я запомнила: он говорил о значении человека: “Человек - это Чело Века”.
Л.Белозерская-Булгакова

Мы заговорили о мемуарах Белого. Она отозвалась о них - уже не впервые - с негодованием:
- Лживые, сознательно лживые мемуары, в которых все искажено - и роли людей, и события.
Л. Чуковская. Записки об Ахматово

 

Смотрите также
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Реклама

Используйте только лучшие стоковые изображения и видео в своей работе!



Зарабатывайте и творите без ограничений!